Если коротко, сипуха может медленно планировать на широких крыльях, а строение её маховых перьев помогает приглушить часть звуков полёта. Гребень на передней кромке меняет взаимодействие крыла с потоком воздуха, а бархатистый ворс уменьшает шорох, когда соседние перья скользят друг по другу. У бахромы по краям опахал, вероятно, тоже есть акустическая роль, но её вклад в полёте измерить сложнее. Сам звук остаётся, и разница в громкости зависит от частоты и от того, как летит птица.
Я Вера. В сумерках можно заметить светлое пятно над травой и понять, что мимо пролетела сипуха, уже после того, как она скрылась из виду. Мне в этой истории интереснее всего, что слово «шум» объединяет два вполне разных звука. Один возникает, когда крыло обтекает воздух. Другой появляется внутри самого крыла, когда перья смещаются и соприкасаются. Чтобы понять, что делает каждое перо, надо сначала развести эти звуки.
Как учёные услышали тихий полёт
Если записать пролёт одной птицы, а потом другой, более тихая запись ещё мало о чём говорит. Птица могла пролететь дальше от микрофона или двигаться медленнее. На запись попадают и посторонние звуки. Кроме того, шум полёта состоит из множества частот. Разницу можно отчётливо увидеть в одной части спектра и почти не заметить в другой.
В опыте с пролётами сипухи, обыкновенной пустельги и ястреба Харриса исследователи записывали птиц на микрофонную решётку под траекторией, а по видео восстанавливали положение и скорость птиц. Сигналы с разных микрофонов сопоставляли так, чтобы выделить звук, приходивший из области, где в этот момент находилась птица. Сравнивали планирование, когда птицы держали крылья раскрытыми.
В полосах от 1,6 кГц сипуха оказалась на несколько децибел тише двух других птиц, и эта разница сохранилась после расчётной поправки на скорость. В более низких полосах различие между сипухой и пустельгой было гораздо менее заметно. Выше 6,3 кГц установка уже не смогла надёжно зарегистрировать сипуху. Это предел измерения в данном опыте. Более чувствительный прибор или другая обстановка могли бы дать иную картину. Килогерцы здесь обозначают частоту, а децибелы — уровень звукового давления. Поэтому фраза «на несколько децибел тише» относится к сравнению в определённых частотных полосах. Она не описывает, насколько громким показался бы человеку весь пролёт.
У сипухи большая площадь крыльев по отношению к весу тела. На единицу площади приходится меньшая нагрузка, и птица может держаться в воздухе на сравнительно малой скорости. Это важно само по себе, ведь скорость влияет на шум обтекания. Результат после поправки на скорость даёт основание искать и другие причины. По такому пролёту, однако, нельзя вычислить, сколько децибел убрал отдельный гребень или участок ворса. Для этого приходится менять одну деталь, оставляя остальные условия настолько близкими, насколько позволяет опыт.
Три особенности, которые видны на пере
У махового пера посередине проходит стержень. По обе стороны от него лежат опахала, те самые широкие плоскости, по которым сразу узнаётся силуэт пера. От стержня отходят бородки, от бородок — более мелкие бородочки. На части бородочек есть крючочки, которыми соседние бородки сцепляются. Так множество отдельных элементов образует сплошную на вид поверхность, способную слегка прогибаться.
В сравнении перьев сипухи и сизого голубя Томас Бахман и коллеги рассмотрели под микроскопом опахала и измерили их детали. На переднем крае крайнего наружного махового пера сипухи отдельные кончики бородок выступают вперёд и загибаются вверх. Они стоят в ряд, образуя гребень там, где внешний участок крыла первым встречает набегающий воздух.
На верхней стороне маховых перьев есть бархатистый ворс из удлинённых частей бородочек. Он особенно хорошо развит на участках, которые прикрывает соседнее перо. Другая деталь видна по краю опахала. Здесь некоторые бородки заканчиваются свободно и образуют мягкую бахрому. Её можно найти и на заднем крае всего крыла, и внутри крыла, где одно маховое перо заходит на другое.
Полезно расправить воображаемое крыло на столе. У крыла есть общий контур, а у каждого пера внутри этого контура — свой. Если пройти пальцем вдоль передней кромки крыла, встретится гребень. Если приподнять одно из перекрывающихся перьев, откроются ворс на поверхности и бахрома вдоль отдельного опахала. Такое расположение уже подсказывает, что воздух и соседнее перо будут взаимодействовать с этими структурами по-разному.

Как гребень меняет обтекание крыла
Воздух перед крылом движется неодинаково от точки к точке. В потоке бывают порывы и завихрения. Когда они достигают передней кромки, давление на поверхности крыла колеблется. Часть этих колебаний распространяется в воздухе как звук. Свой шум может возникать и дальше по потоку, когда неоднородное течение у поверхности доходит до заднего края крыла.
Изогнутые зубцы гребня выступают в набегающий воздух и меняют течение у самого края. От их формы зависит, как поток подходит к поверхности и насколько согласованно колеблется давление на соседних участках. Сводить это к картинке, где гребень дробит воздух и за ним воцаряется тишина, слишком просто. Крыло продолжает отклонять воздух, а звук зависит ещё и от того, с какой скоростью и под каким углом поток подходит к крылу.
Томас Гейер и коллеги сравнили подготовленные крылья сипухи с гребнем и без него в аэродинамической трубе. Небольшое снижение шума проявилось при больших углах атаки. Так называют угол между условной линией от передней до задней кромки крыла и направлением набегающего потока. Его можно менять и в трубе, поворачивая образец, и в полёте, меняя положение крыла относительно воздуха.
Такой опыт показывает, в каких условиях эффект гребня можно зарегистрировать при неподвижно закреплённом крыле. Это уместно при обсуждении, например, замедления перед посадкой, когда угол атаки может увеличиваться. У живой птицы одновременно меняются форма крыла, положение отдельных перьев и скорость. Поэтому небольшой эффект в трубе интересно сопоставить с поведением птицы, а переносить его на каждый взмах было бы преждевременно.
Зачем перьям бархатистый ворс
Во время взмаха крыло сгибается и расправляется. Соседние перья при этом немного сдвигаются, и поверхности, которые при раскрытом крыле лежат друг на друге, могут скользить в контакте. Сам по себе такой контакт способен дать короткий шорох. Мягкие удлинённые бородочки в зоне перекрытия образуют ворс, через который соприкасаются перья. Тот факт, что густой ворс бывает скрыт от основного потока соседним пером, согласуется с участием в таком контакте.
Криста Ле Пиане и Кристофер Кларк проверили роль ворса на летящих сипухах. Они записали полёт тринадцати сипух, у которых временно меняли структуру ворса лаком для волос на части перьев внутреннего участка крыла. В контрольных записях ворс оставался свободным. Исследователи повторяли запись и после удаления лака, однако под микроскопом увидели, что бородочки после этого лежали иначе, чем у нетронутого пера. Поэтому исходным состоянием для сравнения служили записи до обработки. По видео исследователи различали подъём и опускание крыла, а по записи смотрели, в каких фазах и частотных полосах изменился звук.
После обработки шум вырос в широком диапазоне частот, причём сильнее при движении крыла вверх. Это согласуется с тем, что в этой фазе деформация крыла способствует скольжению перьев. Если бы исследователи усреднили звук за весь взмах, важная подсказка о его происхождении была бы менее заметна.
Так у нас появляется объяснение части шума при машущем полёте. Микрофоны в этом опыте слышали пролёты со взмахами, а ворс меняли лишь на выбранных перьях. Если птица расправила крылья и планирует, условия контакта и обтекания уже другие. Два опыта с сипухами отлично дополняют друг друга именно потому, что в них слушали разные фазы полёта.

Что может делать мягкая бахрома
Под увеличением край опахала похож на ряд тонких гибких нитей. Там, где у кончика бородки заканчиваются крючочки, он остаётся свободным. В морфометрическом исследовании бахромы сипухи команда Бахмана описала такие кончики на внутренних опахалах маховых перьев и рассмотрела, как они располагаются относительно соседнего пера. При перекрытии они могут ложиться между его бородками.
На задней кромке раскрытого крыла бахрома образует гибкий переход от плотной поверхности к воздуху. Здесь уместна гипотеза об аэродинамическом шуме. Неоднородности потока, достигшие резкого края, создают звук, а мягкий, частично проницаемый край способен изменить этот процесс. Но бахрома имеется и там, где одно перо прикрывает другое. В этих местах она может влиять на то, как края опахал соприкасаются и скользят.
По снимку пера можно уверенно определить, где находятся свободные кончики и как они могут уложиться. Определить по нему снижение шума нельзя. Для этого надо измерить звук и проследить, что изменилось после вмешательства. Если просто срезать край, одновременно изменятся контур пера, условия его соприкосновения с соседями и обтекание. В таком сравнении непросто понять, какое из изменений дало эффект. Поэтому для бахромы точнее говорить о возможных механизмах, чем назначать ей фиксированную долю всей тишины.
Кто выигрывает от тихого подлёта
Представьте мышь в высокой траве. Для неё важен момент, когда можно услышать приближение хищника и юркнуть под укрытие. Для сипухи в той же сцене важен шорох самой мыши. Шум от собственных крыльев может перекрыть этот звук, особенно если сигналы попадают в близкие частотные полосы. Поэтому тихий подлёт может одновременно затруднять обнаружение совы и помогать ей слушать добычу в движении.
В полевом опыте команды Масаюки Сэндзаки ушастым и болотным совам проигрывали искусственный шорох добычи. Громкость шороха оставалась одинаковой, а громкость записи дорожного шума меняли. На более шумном фоне совы реже реагировали на шорох. Причиной могло быть как перекрытие звуков, так и то, что шум отвлекал птиц или они его избегали.
В том опыте помеху создавали динамики. Чтобы измерить, как сипухе мешает звук собственного взмаха, понадобился бы отдельный опыт, связывающий шум у её ушей с реакцией на шорох во время полёта. Сравнение с пустельгой и ястребом Харриса отвечает на другой вопрос: что регистрирует микрофон под планирующей птицей. Вместе эти опыты объясняют, почему важно уточнять, кто слушает и какой звук пытается различить.
Коротко
Широкое крыло позволяет сипухе планировать медленно. Гребень на его передней кромке влияет на обтекание, а бархатистый ворс уменьшает звук от скольжения соседних перьев при взмахах. Бахрома находится и по краю крыла, и в местах перекрытия перьев, поэтому для неё рассматривают и аэродинамическую роль, и влияние на контакт. Часть шума удаётся зарегистрировать даже у тихо планирующей сипухи. В охоте такой выигрыш может иметь значение: собственное крыло слышно слабее, а шорох в траве различается лучше.


Пока нет комментариев